Одесса, Мясоедовская улица

Кто не знает, не побоюсь этого слова, бессмертных строк:

Улица, улица, улица родная Мясоедовская милая моя! Здесь живут порядочные люди, Никто там не ворует и не пьет…

А создали этот шедевр музыканты из ресторана «Тополь» на противоположном конце Мясоедовской, в парке Ильича (ныне — Преображенский парк). Причем написали на спор, буквально за полчаса. И это вам — не ля-ля-тополя, а истинная правда. Кстати, выражение «ля-ля-тополя» тоже родом оттуда. Лидер этого ресторанного оркестра Морис Бенимович мастерски владел эзоповым языком. К примеру, в октябре 73-го — во время «войны Судного дня», когда египетские и сирийские войска вторглись на территорию Израиля и поначалу имели успех, через две недели сменившийся разгромом, — он слегка, на полслова изменил куплет известной песни:

…Там врагу заслон поставлен прочный, Там стоит, отважен и силен, У границ земли Ближневосточной (в оригинале — «дальневосточной») Броневой, ударный батальон…

Иных уж нет, а те далече. Канул в Лету «Тополь», еще раньше та же участь постигла ресторан-варьете «Монте-Карло» (Мясоедовская, 6) и иллюзион «Слон» (Мясоедовская, 24), которые «крышевал» «сам» Япончик. Но их вполне еще мог застать бывший в Одессе в 1879 году знаменитый художник-передвижник Григорий Мясоедов, о котором писал В. Пикуль и который позировал И. Репину для картины «Иван Грозный и сын его Иван», «потому что ни у кого не было такого зверского выражения лица, как у» Григория Григорьевича… Впрочем, улица названа в честь другого Мясоедова — помещика.