Одесса. Как в воду глядел председатель совнархоза…

Вместе с Жуковым зачищал Одессу от криминального элемента начальник отдела по борьбе с бандитизмом областного УМВД Василий Беляев. Не лишенный литературных талантов, Василий Георгиевич поведал об этом в своих новеллах.

Правда, следующая история происходила еще до войны: в 1934-м даже центр города освещался плохо, и одесситов грабили и резали прямо рядом с Оперным. Особенно преуспела в этом банда «Черная кошка» Ваньки Шивера. Беляеву удалось взять главаря, но на воле оставались и продолжали свои черные дела подельники Ваньки. Интересно, что Шивера «сдала» его гражданская жена Лебедева. Когда благодаря милиции она узнала, что ее Ванька имеет еще одну «жену», то начала проводить собственное параллельное расследование. Хотите знать, чем оно закончилось? Пройдемся по следам ревнивой «супруги» рецидивиста.

Доходим до угла Торговой и берем направо — до следующего угла Нежинской и Торговой. Здесь был пивной бар, в котором Лебедева и заметила сообщников Шивера, и среди них — Мишку Луки, отличавшегося особым зверством.

Видимо, звериным чутьем ощутив неладное, бандиты покинули пивнушку и попытались скрыться на Новом рынке.

Как видите, Новый рынок и сегодня местами производит жуткое впечатление. Одно из таких мест — ближайший к нам Рыбный корпус в Новобазарном переулке, наводненный кошками (черными в том числе) и… машинами, ведь теперь это автостоянка.

Вообще райончику этому есть что рассказать.

В крошечном переулке Маланова (от угла Нежинской и Торговой надо взять немного направо) во время оккупации работал, причем вполне легально, румынский бордель. Зато очень конспиративно в полуквартале от него, на перпендикулярной улице Коблевской, дом № 30, существовала квартирка, где собирались и планировали свои боевые действия катакомбные партизаны Молодцова-Бадаева.
Еще раньше, во время интервенции 1919 года, в катакомбах работала типография подпольной газеты «Коммунист», которая выходила на французском (традиция — как и первая одесская газета «Journal d’Odessa»), русском и польском языках. Ее редакция собиралась на явочной квартире в доме № 37 по Нежинской (угол переулка Маланова).